паньем крыльев пронеслись две
  утки. Они летели на бреющем полете и быстро скатились за камыши, на воду.
   - Здесь могла бы получиться неплохая охота...У нас в Латвии тоже полно
  уток и чирков...
   - Потерпи до завтра, вот уж поохотимся вволю, - без энтузиазма сказал
  Одинец. - Ты знаешь, сколько стоит твое сердце?
   - Я не приценивался... А ты знаешь?
   - По ценам Таллера от 100 до 300 тысяч долларов. Правда, если тебе еще
  нет тридцати. Но тебе, судя по морщинам на лбу, больше..
   Они сели в машину и стали разворачиваться. Солнце давно миновало зенит
  и уже не так припекало.
   "Шевроле" двигался между деревьями, по корневищам и травам и вскоре на
  лобовом стекле скопилась масса паутинок, вместе с крохотными насекомыми.
   В Ангелово они возвратились без происшествий. После того как загнали в
  гараж машину, Карташов поменял номерные знаки и содрал с бортов клейкую
  ленту "Дезинфекция".
   Одинец отправился к Броду доложить о результатах поездки, однако, в
  доме все еще шло совещание. Стоящий у дверей Николай жестом предупредил
  Одинца, чтобы тот остановился. До него донесся голос Таллера. Его речь
  напоминала выступление адвоката на судебном процессе. Николай подтолкнул
  Одинца к выходу.
   - Мы не банда отморозков, а научно-исследовательская фирма, - горячо
  выкрикивал Таллер, - но если на нас наезжают блатные, то как, по-вашему, мы
  должны реагировать?
   - Возможно, им надо объяснить, чем мы занимаемся, - не очень уверенно
  сказал