, в которые ты так незаметно впутался? Да,
  но главное, чтобы не запачкаться кровью", - утешила его вторая половина.
   Через двадцать минут они переехали речушку и Одинец, - эдакий штурман
  ночной гонки - положив руку на баранку, предостерег:
   - Поезжай, Мцыри, медленнее, сейчас будем делать закладку.
   Они съехали с дороги на разбитую грунтовку и под колесами зашуршала
  щебенка с накиданными ветром сухими листьями. Было темно, лишь в метрах
  трехстах от них горел одинокий фонарь и проносились редкие машины.
   Одинец вылез из микроавтобуса первым и прошел вперед. Когда
  возвратился, сказал:
   - Я нашел огромный валун, под него и положим, - он достал из-за спинки
  сиденья брезентовый мешок и вытащил из него две тротиловые шашки. Из кармана
  - кулек с взрывателями. - Как думаешь, на сколько времени поставить
  замедлитель? - спросил он и посветил фонариком на часы. - Сейчас двадцать
  пятьдесят...
   - На сколько у них назначено толковище?
   - На одиннадцать...
   - Значит, и громыхнуть должно примерно в это же время, - и Карташов
  понял, что после этих слов он автоматически становится соучастником теракта.
  Однако тут же успокоил свою совесть: "Здесь людей не должно быть".
   Он выбрался из кабины и окликнул удаляющегося Одинца. Тот ответил
  негромким свистом.
   Валун находился в метрах двухстах от дороги, у самого, почти высохшего,
  ручья. Взрывная волна наверняка погасится каменной массой и по откосу сойдет
  на нет. Прикрыв