же не гостиница.
   - Тогда давай любую.
   Петр отдал тетке триста долларов, и. та запихнула на заднее сиденье
  какую-то тощую барышню. Он только глянул в зеркальце - не мужик ли-и молча
  махнул рукой.
   - Переплатил, - наставительно произнес водитель. - Можно было
  поторговаться.
   - Ну ты, руль! - возмутилась гетера. - Торгуются на базаре, понял?
   - С этой шаланды толку не будет, - заключил он. - Смотри за бутылкой, а то
  подсыпет чего. Знаешь, как люди потом просыпаются? Сами себя не помнят.
   - Знаю, - сказал Петр.
   Апартаменты оказались однокомнатной квартирой, и даже кровать, вопреки
  ожиданиям, была не "семь на восемь", а просто - кровать. Петр поставил на
  стол сумку с продуктами и задернул шторы. Достав из второго пакета джинсы,
  новую рубашку и белье, он принялся раздеваться. Путана, не снимая
  каблуков, собралась идти в ванную, но он ее остановил.
   - Ты сама откуда будешь?
   - Здешняя я.
   - Еще соврешь - в рог получишь.
   - Ну, из Молдавии, какая тебе разница? Думаешь, у нас там...
   Предвидя какую-то гадость, Петр жестом велел ей заткнуться.
   - Суп варить умеешь?
   - А, ты из этих. - Молдаванка ни капли не удивилась. - В бегах, значит?
  Подфартило мне. Трахаться не будем?
   - Как настроение... А что, сейчас многие бегают?
   - Без допросов, о'кей? Если человек тебе про других рассказывает, то и про
  тебя тоже разболтает.
   - Не дура, - похвалил Петр. - Ну так что с нашим супом?