новился, но Константин покачал у него перед мордой
  ножом, и бывший дизелист-тихоокеанец благоразумно последовал за Елизаветой.
   - Помогите!! - закричала Петухова, пробиваясь к двери.
   Она отчаянно напрыгнула на Костю и вцепилась ему в волосы. Когда стало
  по-настоящему больно, он оторвал ее, как когтистую кошку, и, подержав на
  расстоянии, припечатал в лоб. Женщина пролетела метра два и, упав на
  окаменевший от времени линолеум, проехала почти до конца коридора. По
  дороге она вляпалась в щи и стала похожа на щетку от пылесоса.
   Петухов понемногу очухался и начал неуверенно, цепляясь за стены,
  подниматься. Костя хватил его рукояткой по макушке - не очень сильно, так,
  чтоб обезопасить себя еще минуты на три, и пошел за его супругой. Ленок,
  весьма живучая дамочка, уже подползала к старорежимному висячему телефону
  из черного эбонита. Скинув на пол трубку и подув в нее три или четыре
  раза, она с ужасом обнаружила, что провод перерезан.
   - Мы бедные, - призналась Петухова. - Откуда у нас деньги? Муж в газете
  работает. В муниципальной. Я учительница.
   - И я учитель, - сказал Константин, склоняясь над женщиной. - География. А
  вы?
   - Русский, литература.
   - О-о! Полная загруженность.
   - Все равно копейки.
   - Я не об этом, - отмахнулся он. - Литература... литература - для меня
  загадка. Недавно встречался с одним автором. Вы знаете, не то. Ремесленник.
   - Кто-то из новых? - увлеченно спросила