послали,
  надо было с Кланом замутить. Он бы ему устроил и дебют, и гамбит, и
  паяльник в жопу.
   - А кто сегодня по отделению?
   - Гитлер Югенд. КВН со всеми смотрит, сука белобрысая.
   - Сам-то чего не пошел?
   - Да я этого не люблю - когда все ржут. И потом, мы же с тобой
  договорились.
   - Да? И о чем?
   - Как?.. А, ты же того... Я и забыл. Вчера вечером добазарились. Ты по
  вечерам немножко в себя приходишь, восстанавливаешься. Наутро - колода
  колодой, а вечером ничего, вечером с тобой интересно.
   - Интересно... - задумчиво произнес Петр. - Ну так о чем мы договорились?
   - Сценку поставить. Я же во ВГИКе, на режиссерском.
   - Конкретнее.
   - Куда уж конкретней? Все. Сейчас подерутся - вот и сценка. И никакой КВН
  не нужен,
   - А дальше?
   - Потом ты хотел продолжение сделать, чтоб я, значит, заперся в туалете и
  звал на помощь. Только я колебаюсь.
   - Не надо, Ренат, не колебайся.
   - Так я ж на режиссуре, актер из меня неважный, - признался тот.
   - Особого таланта не требуется. Держи дверь крепче и ори громче. Мы их
  всех наколем. Пьеса года получится!
   - На сульфу посадят, - с тоской проговорил Зайнуллин.
   - Ничего, Полонезов ответит. Если что - я на себя возьму.
   - Ты, Петруха, настоящий отморозок! За это и люблю.
   По коридору разнеслись первые матюги, и Петр толкнул Рената в бок.
  Зайнуллин вприпрыжку домчался до туалета и, хлопнув так, что со стены
  слетело несколько плиток,