стались лишь два одиноких пенсионера да
  многодетная семья, и если кто-то заходил в подъезд, так только затем,
  чтобы выпить или, наоборот, отлить.
   Ни того ни другого Костя делать не собирался. Внимательно осмотрев горелый
  почтовый ящик с подозрительно свежим замком, он достал из нарукавного
  кармашка маленький ключ и вставил его в скважину. В глубине, под свернутой
  "Экстрой-М", он нащупал прохладную ребристую рукоятку. На этот раз он
  планировал обойтись без стрельбы.
   Черный список, который сидел у него в голове не хуже таблицы умножения,
  составляли в порядке значимости, но ни этого, ни алфавитного порядков
  Костя не соблюдал. Он ликвидировал тех, кого в данный момент было легче
  достать, а всякие там системы пусть останутся для пижонов.
   Сегодня он наметил Валуева. Казнить министра социального обеспечения можно
  было в любой момент - Валуев работал на дому, а семьи у него, как выяснил
  Костя, не имелось. На улицу Иван Тимофеевич выходил редко, в основном -
  вечерами. Проветриться, размять ноги и, вероятно, придумать на свежем
  воздухе новую мочиловку. Валуев писал боевики. Пек их, как блины, в месяц
  по штуке, но в звезды так и не выбился - то ли таланта не хватало, то ли
  раскрутки, черт его знает. Жил безбедно, но без особого шика. В Интернете
  висел по десять часов кряду - пресс-конференции, гнида, устраивал. Костя
  однажды подкинул ему пару вопросиков - был в гостях у товарища и
  воспользовался