и здраво смотрящий на
  вещи и потому президентские слова пропустил мимо ушей. Это для него был
  "овощной салат" и не более. Но вместе с тем он понимал, что президент, как
  профессионал, знает, чем могут кончиться игры с захватом АЭС и тут в
  справедливости его слов не откажешь.
   -- Товарищ президент, смею вас заверить, недоступность той же
  Нововоронежской АЭС весьма высока, хотя я бы не стал уверять вас, что такой
  захват в принципе невозможен. Заверив вас в этом, я бы совершил должностное
  преступление.
   Маршал Сергеев от таких слов аж окаменел. Он сидел с открытым ртом, на
  макушке поднялся мальчишеский хохолок седых волос. Директор ФСБ Патрушев
  тоже потерял дар речи, хотя готовился выступить сразу за Платоновым.
  Секретарь Совета безопасности Иванов, не сумев скрыть улыбки, сделал вид,
  что чешет лоб. Он едва сдерживался, чтобы не разразится гомерическим смехом.
   -- Ну, приехали, -- откинувшись на спинку кресла, произнес Путин. Его
  глаза, видимо, в соответствии со стилистикой выступления Платонова,
  засветились голубовато-стальным отливом. -- Как же вас понимать, Вадим
  Николаевич? Если вы не можете гарантировать безопасности, то кто это
  сделает?
   -- Разрешите, товарищ президент, разъяснить мою позицию.
   -- Будьте любезны, я думаю, всем будет интересно вас послушать.
   -- Во-первых, наш Центр не один озабочен антитеррористической
  деятельностью... Мы работаем рука об руку и со Службой контрразведки,