журного, который сразу же явился в кабинет. Увидев шефа
  упавшего головой на стол без признаков жизни, он тут же вызвал "скорую
  помощь", после чего позвонил в свою санчасть, находящуюся в одном корпусе с
  Управлением.
   Полковника увезли в госпиталь, в реанимацию, где он пришел в себя лишь
  через полтора часа. Врачи констатировали сильнейший гипертонический криз.
  Кулик порывался что-то сказать врачу, но тот, приказав ему не разговаривать,
  оставил на попечение медсестер...Когда одна из них наклонилась к нему, чтобы
  всадить в вену иголку капельницы, Кулик, резко отдернув руку, сказал:
   -- Если сейчас же вы, сестричка, не свяжитесь с Управлением и не
  вызовите ко мне майора Костикова, я не позволю вам до меня дотрагиваться.
   Эту фразу услышала находящаяся в палате старшая медсестра и, ни слова
  не говоря, отправилась ябедничать начальнику отделения подполковнику
  Косьяну. За свою пятидесятитрехлетнюю жизнь этот человек достаточно
  навидался всякого человеческого добра и потому отнесся к словам медсестры с
  полной ответственностью.
   -- Ладно, идите и передайте полковнику, что его просьба будет передана
  майору Костикову.
   Когда медсестра ушла, Косьян позвонил в Управление ФСБ и попросил
  соединить его с майором Костиковым, которого он знал лично и который тоже
  несколько раз проходил стационарное медицинское обследование в этом
  отделении.
   Костиков -- заместитель Кулика по оперативной части и в тот утренний
  час находился