мущавшись, стал
  суетливо поднимать с земли оружие. Тонкими пальцами смахнул с автомата сухую
  серую пыль, а гранату, словно яблоко, протер о полу куртки и засунул во
  внутренний карман.
   -- Ничего, обтешется, -- сказал Булдин и протянул Михайло пачку денег.
  -- Здесь три тысячи долларов, аванс за работу...Когда выходим?
   -- Если ничего не изменится, выедим в два тридцать ночи...А на чем вы
  сюда добирались? -- вопрос Михайло хоть и был задан спокойным тоном, однако
  Сергей в нем уловил подозрительные нотки.
   Булдин замешкался с ответом. Михайло не поленился и вновь спросил о том
  же.
   -- Я говорю, добирались на чем?
   Вместо Булдина ответил его молодой напарник.
   -- На лошади. Один колхозник до перекрестка подвез.
   В голове у Михайлы от такой информации шарики в голове застучали с
  удвоенной силой. "Значит, -- подумал он, -- эти смоленые курвы наследили?"
   -- Ладно, -- сказал он Булдину, -- можете пройти в горницу, там дви
  канапки.
   Гости вошли в дом и Булдин, достав из сумки пистолет "ПМ" и гранату,
  положил их на коврик рядом с диваном. Не снимая пиджака, улегся на диван,
  вскинув ноги на лакированные, старинной конфигурации подлокотники. Ваха сел
  у стола и грохнул на него автомат. Сказал что-то Булдину и тот кивнул в
  сторону сумки. Пацаненок подошел к ней и из-под коробок с патронами вытащил
  полбуханки хлеба и в вощенной бумаге бастурму. Длинным, тонким лезвием
  нарезал мяса и предложил Булдину. Тот отказался.
   -- Я сейчас