шла в мертвую
  зону и окопалась...если, конечно, в этих условиях можно как следует
  окопаться. Но бандиты заняли круговую оборону, из окон и проемов зданий бьют
  крупнокалиберные пулеметы. Их там не меньше тридцати человек...
   -- Что предлагаете?
   -- Попытаемся, пользуясь темнотой, просочиться к стенам базы и
  забросать огневые точки гранатами.
   -- Сейчас важно обработать внутренний двор, где у них сосредоточены
  парапланы, -- сказал Костиков. И к лежащему пленному: -- Эй, гусь лапчатый,
  сколько вас всего там?
   Пленный трясся в нервном ознобе. Это был Николеску. Ему опять стало
  страшно и он без колебаний стал отвечать на вопросы... Рассказал об Саиде
  Ахмадове, о прибывшем на базу с группой моджахедов Вахтанге, о
  мотопарапланах, которые должны вот-вот взлететь в сторону АЭС и уже
  наверняка взлетели бы, если бы не помешал этому спецназ.
   -- Кто такой Олег Воропаев? -- спросил Костиков.
   Николеску стал держать паузу, понимая, насколько важен будет ответ для
  спрашивающих. Но его носком ботинка подогнал Титов: "Говори, духарь, когда
  тебя спрашивают старшие..."
   Однако Николеску не мог произнести ни слова, от волнения и страха у
  него заплелся язык, небо превратилось в терку.
   Титов, отстегнул от пояса флягу, нагнулся над пленным.
   -- Товарищ майор, посветите, -- попросил он Костикова и когда свет упал
  на лицо Николеску, Титов взяв его за челюсть и приставил ко рту горлышко
  фляжки. -- Пей, паскуда, может,