тдал команду командирам отделений.
   Платонов легко ( поймав себя на мысли "что я делаю?") вскочил на
  бруствер неглубокого окопчика и по пластунски пополз в сторону казармы.
  Секунду раздумывал Костиков и тоже выбрался наверх, за ним устремился Титов.
   Они были в метрах двадцати от стены казармы, когда резанули очереди со
  стороны федералов и трое офицеров оказались прижатыми к земле разноцветными,
  как лоскутное одеяло, трассерами. Однако огненные цепочки шли поверху, ибо
  нижние окна казармы находились в полутора-двух метрах от земли и это не
  помешало Платонову, приблизиться к зданию, и вдоль него подать вправо.
  Костиков понял замысел полковника: тот пытался взять под контроль коридор,
  по которому вероятнее всего будут взлетать парапланы. Платонов завернул за
  угол, где стояла на ребре прислоненная к стене железобетонная конструкция,
  которую с помощью трактора боевики вытащили с территории базы. Между плитой
  и стеной дома образовался лаз, достаточный для того, чтобы в него пролез
  человек.
   Полковник прополз по этому лазу до конца плиты и оказался в нескольких
  метрах от двора. Он видел темный силуэт первого параплана. Он был расчехлен,
  мотор работал на малых оборотах.
   Костиков с Титовым отползли метров на пятнадцать от казармы и заняли
  уязвимую позицию, укрывшись за поросшей древосилом кучей старого мусора.
  Титов вставил в подствольный гранатомет гранату и прицелился в просвет,
  который уже отвоевывал у ночи пространство между гаражом