жей. Женщина,
  выслушав Путина, не сразу осознала, что от нее хотят. На лице проявилась
  целая гамма противоречивых чувств.
   -- Я не понимаю, за чем мне ехать с вами на аэродром, -- женщина явно
  волновалась и, не обращая внимания на гостя, повернулась к зеркалу и стала
  поправлять прическу.
   Путин взглянул на часы. Он тоже чувствовал себя не в своей тарелке.
  Понимал: его неожиданный визит в дом президента и не очень убедительный
  разговор, конечно же, могут показаться подозрительными. Но, отбросив
  сомнения, он твердо сказал:
   -- Хорошо, будем говорить открытым текстом. Военно-политическая
  верхушка через несколько часов произведет государственный переворот и в
  связи с этим...Да поймите же вы, наконец, вашего отца при посадке самолета
  арестуют и последствия этого могут быть самые непредсказуемые.
   На Путина взглянули совершенно другие глаза. Неопределенности в них как
  ни бывало, иной мужчина мог бы позавидовать этому твердому, непреклонному
  взгляду.
   -- Что я должна сделать?
   -- Мы организуем связь с самолетом президента, а вам лишь надо
  подтвердить...засвидетельствовать, что с ним говорят его друзья.
   -- Я должна посоветоваться с Алешей, -- Татьяна вышла из прихожей в
  смежную комнату. Оттуда она появилась вместе с довольно молодым, худощавым
  мужчиной. На нем был накинут домашний халат и шлепанцы. Он был бледен и
  рука, поддерживающая полу халата, слегка вибрировала.
   -- Здравствуйте...Я супруг Тани, она