адке вашего самолета не в аэропорту Внуково, а на военном
  аэродроме в Кубинке первой. Там вас будем встречать...
   Пауза не была затяжной. Тишков опытный человек и скорее интуитивно,
  нежели со слов говорившего, понял серьезность ситуации.
   -- Минутку, -- в микрофоне Путин услышал переговоры на другом конце
  провода и басистый голос президента: "Что-то они там мудрят...Дайте, Лев
  Евгеньевич, мне трубку". И до Путина долетел немного сонный голос
  президента:
   -- Вы подполковник Путин? Тогда в двух словах объясните обстановку.
  Почему я должен приземляться на другом аэродроме? И почему я должен вам
  доверять?
   Лицо Путина покрыла краска. Он понимал, насколько щекотлива ситуация и
  как трудно ему объяснить то, что готовится в стране.
   -- Я не могу вам всего объяснить, время слишком быстро летит...Но
  поверьте, товарищ президент, ситуация чрезвычайная и будь она иной, я бы
  никогда не осмелился бы вас беспокоить.
   -- Ерунда какая-то, -- Ельцин был явно недоволен. Он, как потревоженный
  в берлоге медведь, чувствовал опасность, не зная откуда она исходит. --
  Скажите, подполковник, а сам Федоров не мог бы со мной связаться?
   -- Этого я знать не могу. Я звоню вам из диспетчерской Кубинки первой,
  здесь мои люди и, к сожалению, с минуты на минуту могут появиться
  другие...-- Путин интонацией подчеркнул слово "другие". Он взглянул на
  стоящую у пульта Татьяну и рукой дал ей понять, чтобы она подошла. Он
  передал ей