дмосковье ничего
  предосудительного не замечено. Никаких подозрительных контактов, никаких
  лишних телефонных разговоров...
   ...После отбытия Шторма Путин позвонил в московскую патриархию, которая
  расположена в Свято-Даниловом монастыре. Когда услышал голос Алексия
  Второго, мягко представился и попросил разрешения прибыть к нему с
  "неофициальным визитом".
   Направился он туда со своим главным охранником Анатолием Щербаковым и
  двумя офицерами связи, отвечающими за ядерный кейс, на бронированном, ничем,
  впрочем, не выделявшемся от серийных машин, черном "Мерседесе".
   Патриарх встретил гостей радушно и, перекрестив их и себя, повел в свой
  кабинет. Он был в черной рясе, а на голове -- белоснежный клоубок с золотым
  крестом. Они прошли в кабинет святейшего, где по какому-то для них
  неизвестному порядку были расставлены иконы, у подножия которых мерцали
  тоненькие свечи. Пахло воском и тем, что исходит от лампадок, висевших перед
  ликами святых.
   Когда они уселись за большой дубовый стол, патриарх, раскрасневшийся и
  заметно возбужденный спросил о здоровье президента, что-то сказал о втором
  Спасе и умолк, давая высокопоставленному гостю изложить причину своего
  приезда. Путину было не по себе. Он никогда не считал себя глубоко верующим
  человеком, хотя и думал, что мир в таком виде, каков он есть, не может
  существовать сам по себе, без чьей-то рукотворной заботы о всем сущем. Может
  быть, Бог -- это мирозданье, вечное и бесконечное?