ольно выбирали...
  
   Воропаев, хоть и ощущал на плечах тепло рук морпеха Бардина и
  Изербекова, чувствовал себя скверно: во-первых, он почти забыл слова песни
  и, во-вторых, не считал себя вправе быть с этими людьми во всем равным. Это
  еще ему предстояло доказать...И еще: он стеснялся своих беспалых ног, хотя
  при "танце" старался не оступиться, не захромать на сухом галечнике...
   ... Путин вместе со Штормом и Щербаковым сидели на затененной террасе,
  за круглым плетеным столом и в таких же плетеных креслах, и обсуждали
  последние детали предстоящей операции. Топографическая карта Чечни была тут
  же, на столе, ее уголки порой трепетали от внезапно налетающего тепляка.
   У Шторма от напряжения взбухли на шее артерии.
   -- Корнуков говорит, что это неподлетное место, -- Шторм ткнул пальцем
  в квадрат Е-9. -- Лично я не понимаю, что значит "неподлетное"...
   -- Это мы уже на расширенном заседании обсуждали, -- сказал Путин. --
  Есть в горах такие места, куда действительно ни ракеты, ни самолеты подлета
  не имеют. Значит, произвести ракетно-бомбовый удар не представляется
  возможным...Таков рельеф местности.
   -- Хорошо, согласен, но из этого следует, что и нам надо выбирать одно
  из двух: или мы делаем все, чтобы найти там этих Барсычей с Тайпанычами и
  привести их в наручниках на равнину или...-- Шторм затянулся сигаретой. --
  Или оставляем их в покое и вместо этого устанавливаем несколько маяков
  спутниковой навигации и уходим.
   Щербаков