е
  стало неинтересно и он готов был прервать совещание. Он не терпел неряшливой
  работы. Однако речь шла о слишком важном деле, чтобы руководствоваться
  эмоциями.
   -- Нет, не в этом дело, просто патрон, засланный в ствол, был выпущен
  двадцать лет назад. Дал осечку... Но вы ведь знаете, "глок" с такого
  расстояния пробивает любой бронежилет, и наш человек...Саша Журавлев
  погиб...И конечно, второй спецназовец всадил в Гасанова полмагазина. И
  другого террориста тоже пришлось...Когда он выстрелил в Киреева, вскочил на
  подоконник, возможно, не видел другого выхода как только выпрыгнуть из
  окна...Его тоже пришлось устранить...
   Версию с такси и ее пассажирами рассказал Мороз. Перегородивший дорогу
  трейлер, задержал их на десять минут, которые, собственно, и решили дело.
  Они подъехали к дому, спустя две минуты после того, как Сивко выстрелил в
  водителя такси и участкового милиционера. Таксист был убит наповал выстрелом
  в затылок, Усача, раненого в полость живота в критическом состоянии,
  доставили в горбольницу. Мороз сам просил главного хирурга сделать
  все...даже невозможное, чтобы спасти жизнь парню, который имел бесценные
  свидетельские показания.
   -- Значит, всех нас, -- Платонов оглядел взыскующим взглядом
  присутствующих, -- можно поздравить с провалом...
   -- Не совсем, товарищ полковник, -- Гордеев достал из кейса сложенную
  бумагу и развернул на столе. -- Это из сумки второго, который оказался на
  кухне.