то ли
  черта с рогами оказался в столь нештатной ситуации. Поэтому Щербаков сидел,
  глядел в теснину и, ничего в ней не видя, представлял картину, как он
  вытащит из ранца пачку "Дуката" и, не торопясь...непременно, не торопясь,
  распечатает ее и вытащит сигарету, которую тоже не будет сразу совать в рот,
  а степенно помнет, погреет, короче, посмакует момент и только потом
  закурит...
   Шторм, наклонив голову к Путину, тихо прошептал:
   -- Такое впечатление, что тут со дня пришествия не ступала нога
  человека.
   -- У меня такое же ощущение. Правда, минуту назад мне показалось, что
  слева, в устье ущелья, как будто зажегся огонек...
   -- Это горы, кварцевые вкрапления, они иногда горят не хуже вот этих
  звезд, -- Шторм мотнул головой. -- Подождем Гулбе, он должен найти
  подходящий спуск...
   Наступило молчание, которое было нарушено шуршанием нового камуфляжа,
  когда Путин вытянул затекшую ногу.
   -- А мне кажется, нам надо дождаться дня, -- сказал президент. -- Днем
  все, как на ладони... И если они действительно ждут столь высокого гостя,
  завтра здесь будет страшный ажиотаж.
   -- Согласен, но нам лучше бы быть поблизости к месту встречи и
  вообще...И днем здесь будет пекло. Эх, черт, хорошо бы иметь ковер-самолет,
  -- и Шторм снова прилип к биноклю.
   -- Не исключается, что они уже сменили дислокацию, -- в голосе Путина
  сквозило заметное сомнение.
   -- Не думаю, второго столь глухого места трудно себе представить.