лнительную охрану.
   Ближе к восьми, когда солнце всерьез вознамерилось скатиться за горы,
  из правых, прямоугольных, дверей вышел Барс в сопровождении нескольких
  вооруженных в камуфляже людей. Сам он тоже был в камуфляжном обмундировании,
  причем, как показалось Шторму, в совершенно новеньком, с залежалыми
  складками на рукавах и на коленях. На ногах -- кожаные ботинки, с толстой
  рифленой подошвой и поперечным ремнем по подъему. На голове -- бессменный
  черный берет а ля Че Гевара.
   -- Нафраерился парень, -- сказал с усмешкой Шторм, -- видно,
  приготовился встречать высокого гостя... А вот и его соратник колченогий...
   Из округлого проема выкатилась коляска с Тайпаном. Он тоже был по
  парадному приодет и даже с какими-то знаками отличия на груди. И тоже со
  своей охраной, вооруженной автоматами и кинжалами, висящими у пояса. Вышло
  еще несколько человек, которых раньше разведчики не видели -- это были люди
  в гражданском, возможно, муллы, какие-нибудь шишки подскального
  правительства. Разговаривали, кто-то из них направился к бойцам, находящимся
  возле миномета, двое, в чалмах, подошли к проложенному настилу и ногами
  опробовали его опористось. Крайняя плита была зацементирована впритык к
  выступающему из земли плоскому камню и потому была непоколебима...Покачав
  головами, люди вернулись к коляске с Тайпаном, а на смену им подошел Барс и,
  взойдя на настил, протопал по нему метров двадцать. Подпрыгнул на месте,
  плиты не