Полковник Яров его представил Платонову: "Начальник аэропорта Горохов
  Анатолий Иванович." Платонов тоже назвал себя.
   -- Ну наконец-то, -- облегчение слетело с губ Горохова, -- а то мы тут
  своими силами, наверное, не разгребем это дерьмо...У меня сорвано несколько
  рейсов и из них пять международных...А это уже штрафные санкции...и немалые,
  черт возьми...
   -- Но вы, видимо, финансово застрахованы на такие случаи жизни? -- не
  то спросил, не то констатировал Платонов.
   --Так в том-то и дело, что анонимные звонки страховой компанией в
  расчет не берутся...Должен быть сам факт, то есть налицо форс-мажорные
  обстоятельства...
   -- Тогда я вам не завидую, но могу немного утешить -- сказал Платонов,
  -- мне самому надо лететь и как можно быстрее...Надеюсь, рейс на Воронеж не
  отменен...
   -- Я же вам сказал: все рейсы по боку...
   -- Нет, не все. Борт на Воронеж должен отправиться немедленно. Ни
  минутой позже...
   Молодой и быстро все усваивающий начальник аэропорта лишь кивнул
  головой и, бросив: "У меня приказ, в столь пиковой ситуации никаких
  полетов", удалился...
   ...Среди сотен людей, которые были эвакуированы из аэровокзала, чуть в
  стороне, на газоне, сидел человек средних лет, рядом с которым находился
  поваленный на землю старый велосипед. Тут же, на траве, пачка "Примы" с
  газовой зажигалкой.
   На человеке была надета черная бейсболка с длинным козырьком, из-под
  которого за всем происходящим внимательно,