валами,
  куда устремлялась вода, чтобы затем по законам гравитации обрушиваться на
  мощные гидротурбины.
   Поставив выдержку и наведя резкость, он начал снимать. Для верности,
  изменив выдержку, щелкнув еще пару раз, он закрыл объектив крышкой. Затем
  поднялся на берег и оттуда тоже сделал несколько кадров.. Потом он
  сфотографировал гавань с яхтами катерами и один из них выделил особо. Это
  было двухмоторное судно, вся стать которого говорила о его способности
  нестись по воде быстрее ветра. На носу хорошо просматривались номер и имя
  белобокого красавца: "Цезарь".
   Со стороны действия незнакомца вряд ли могли показаться
  подозрительными, мало ли кто на память запечатлевает индустриальные пейзажи
  Волги. Однако сидевший в возвышающейся над дебаркадером надстройке пожилой
  сторож, от нечего делать обзирающий просторы приречья, почему-то про себя
  подумал: "Какого хрена этот придурок вместо того, чтобы снимать ту часть
  берега, где золотятся купола старой церкви, фотографирует каскад и мою
  лодочную станцию?" И поскольку сторож был человеком старой закалки и еще
  помнившим строгое правило -- никаких съемок в районе гидроузла, он слез с
  табуретки и подошел к телефону. "А что я скажу? Что какой-то чудак ловит
  рыбу и фотографирует каскад станции? Ну и что, назовут самого старым
  дураком..." Поэтому, отбросив затею со звонком в дежурную часть милиции,
  сторож спустился вниз и направился в сторону "фотографа". А тот уже снова