а мне вечерние
  трубки. Ждет ли меня письмо?.. Я надеялся, что не ждет, - ведь я знал, что
  там будет написано, а пока его нет, можно помечтать о несбыточном.
   - Вы спите? - спросил Пайл.
   - Нет.
   - Не втащить ли нам лестницу наверх?
   - Я понимаю, почему они этого не делают. Лестница - единственный путь
  на волю.
   - Хоть бы вернулся танк.
   - Теперь уж он не вернется.
   Я старался смотреть на часы как можно реже, но промежутки всегда
  оказывались куда короче, чем я предполагал. Девять сорок, десять пять,
  десять двенадцать, десять тридцать две, десять сорок одна.
   - Не спите? - спросил я у Пайла.
   - Нет.
   - О чем вы думаете?
   Пайл помедлил.
   - О Фуонг, - сказал он.
   - Что именно?
   - Просто думаю о том, что она сейчас делает.
   - Могу вам сказать. Она решила, что я остался на ночь в Тайнине - со
  мной это случалось. Сейчас она лежит в постели, зажгла ароматную палочку,
  чтобы отогнать москитов, и рассматривает картинки в старом номере
  "Пари-матч". Как и у всех француженок, у нее слабость к английской
  королевской семье.
   Он сказал с грустью:
   - Хорошо знать о ней все наверняка. - Я представил себе, как его
  по-собачьи ласковые глаза вглядываются в темноту. Его бы окрестить
  Фиделькой, а не Олденом.
   - Да и я, собственно, не могу ни за что поручиться, но надеюсь, что это
  так. Что ж ревновать, делу все равно не поможешь. "От вора нет запора".