нг?
   Я жалел, что он задал мне этот вопрос.
   - Нет, - сказал я, - та женщина была раньше. Когда я ушел от жены.
   - Что с ней случилось?
   - Я ушел и от нее.
   - Почему?
   В самом деле, почему?
   - Когда мы любим, мы глупеем. Меня приводило в ужас, что я могу ее
  потерять. Мне показалось, что мы начинаем охладевать друг к другу... Не
  знаю, было ли это так на самом деле, но меня мучила неизвестность. Я
  поспешил к финишу, как трус, который со страху бросается на врага и
  получает за это орден. Я хотел преодолеть смерть.
   - Смерть?
   - Это было похоже на смерть. Потом я уехал на Восток.
   - И нашли Фуонг?
   - Да.
   - Но с Фуонг у вас этого уже не было?
   - Нет, не было. Видите ли, та, другая, меня любила. Я боялся потерять
  любовь. Теперь я всего лишь боюсь потерять Фуонг. - К чему я это сказал?
  Он вовсе не нуждался в том, чтобы я его поощрял.
   - Но ведь она вас любит?
   - Не так, как надо. Это не в их характере. Вы убедитесь на собственной
  шкуре. Почему-то принято называть их детьми. Это - пошлость, но у них и в
  самом деле есть что-то детское. Они любят вас за доброту, за уверенность в
  завтрашнем дне, за ваши подарки; они ненавидят вас за то, что вы их
  ударили, за несправедливость. Они не понимают, как можно войти в комнату и
  влюбиться с первого взгляда. Для стареющего человека, Пайл, это очень
  отрадная черта, - Фуонг не сбежит от меня, если дома ей будет хорошо.