я, но знают ли об этом там, в темноте? Я задул фонарь и
  опустил ноги в люк, нащупывая лестницу. Слышно было, как часовые
  перешептываются на своем певучем языке.
   - Бегите напрямик, - сказал я Пайлу, - в рисовое поле. Не забудьте, там
  вода, - не знаю, глубокая или нет. Готовы?
   - Да.
   - Спасибо за компанию.
   - Это вам спасибо.
   Я слышал, как за спиной движутся часовые; интересно, есть ли у них
  ножи? Голос из рупора звучал теперь повелительно, словно диктуя последние
  условия. Что-то шевельнулось в темноте под нами, но это могла быть крыса.
  Я не решался сделать первый шаг.
   - Господи, хоть бы чего-нибудь выпить, - шепнул я.
   - Скорее.
   Что-то поднималось по лестнице; я ничего не слышал, но лестница дрожала
  у меня под ногами.
   - Чего вы ждете? - спросил Пайл.
   Странно, но почему-то мне померещилось, будто ко мне подкрадывается
  какая-то нечисть. Взбираться по лестнице мог только человек, и все же я не
  представлял себе, что это человек вроде меня; казалось, ко мне крадется
  зверь, он подбирается, чтобы убить тихо, но безжалостно, как и положено
  существу совсем иной породы. Лестница все дрожала, и мне чудилось, будто
  внизу горят чьи-то глаза. Вдруг я почувствовал, что больше не могу этого
  вынести, и прыгнул; внизу не оказалось ничего, кроме топкой земли,
  вцепившейся в мою лодыжку и свернувшей ее так, как это может сделать
  только рука. Было слышно, как по лестнице