- Ах, мсье Домингес? Надеюсь, что мсье Домингес здоров?
   - У него лихорадка.
   - В это время года многие болеют.
   Я не был уверен, что он помнит, кто такой Домингес. Он закашлялся, и
  под его пижамой, на которой недоставало двух пуговиц, натянутая кожа
  гудела, как туземный барабан.
   - Вам не мешало бы самому показаться врачу, - сказал я. К нам
  присоединился еще один собеседник - я не слышал, как он вошел. Это был
  тщательно одетый молодой человек в европейском костюме. Он сказал
  по-английски:
   - У мистера Чжоу только одно легкое.
   - Какая жалость...
   - Он выкуривает сто пятьдесят трубок в день.
   - Многовато.
   - Доктор говорит, что ему это вредно, но когда мистер Чжоу курит, у
  него куда легче на душе.
   Я сочувственно хмыкнул.
   - Разрешите представиться. Я управляющий мистера Чжоу.
   - Меня зовут Фаулер. Я от мистера Домингеса. Он сказал, что мистер Чжоу
  хочет мне что-то сообщить.
   - У мистера Чжоу очень ослабела память. Не выпьете ли вы чашечку чаю?
   - Спасибо, я уже выпил три. - Наша беседа была похожа на вопросы и
  ответы из разговорника.
   Управляющий мистера Чжоу взял у меня из руки чашку и протянул ее одной
  из девочек; выплеснув ополоски на пол, та снова наполнила ее чаем.
   - Недостаточно крепок, - сказал управляющий мистера Чжоу, взял чашку,
  попробовал чай, потом, старательно выполоскав чашку, наполнил ее из
  другого чайника. - Теперь