л, а потом не хотел, чтобы меня беспокоили. Но меня все
  равно побеспокоили, поэтому входите. - Я спросил по-французски Фуонг: -
  Где ты его нашла?
   - Здесь. В коридоре. Я услышала, как он стучит, и побежала наверх,
  чтобы его впустить.
   - Садитесь, - сказал я Пайлу. - Хотите кофе?
   - Нет, я не сяду, Томас.
   - А мне придется. Нога устает. Вы получили мое письмо?
   - Да. Жаль, что вы его написали.
   - Почему?
   - Потому что это сплошная ложь. А я верил вам, Томас.
   - Не верьте никому, когда в деле замешана женщина.
   - Вот и вам теперь лучше мне не верить. Я буду пробираться сюда тайком,
  когда вас не будет дома, писать письма с адресом, напечатанным на машинке.
  Должно быть, я взрослею, Томас. - Но в его голосе были слезы, и он
  выглядел еще моложе, чем обычно. - Разве вы не могли победить без вранья?
   - Нет. Двуличность - характерная черта европейца, Пайл. Приходится хоть
  как-то возмещать то, что мы бедны. Хотя лично я, кажется, был неловок. Как
  вам удалось уличить меня во лжи?
   - Не мне, а ее сестре, - сказал Пайл. - Она теперь работает у Джо. Я
  только что ее видел. Она знает, что вас отзывают на родину.
   - Ах, вы об этом, - сказал я с облегчением. - Фуонг тоже знает.
   - А о письме от вашей жены? Фуонг знает о нем? Ее сестра видела и это
  письмо.
   - Каким образом?
   - Она зашла сюда вчера, когда вас не было дома, и Фуонг показала ей
  письмо. Мисс Хей читает по-английски.