- Понятно. - Бессмысленно было сердиться на кого бы то ни было:
  виноват, очевидно, был я один. Фуонг показала письмо, желая похвастаться,
  - поступок ее не был вызван недоверием.
   - Ты знала об этом еще вчера ночью? - спросил я Фуонг.
   - Да.
   - Я заметил, что ты как-то притихла. - Я дотронулся до ее руки. - А
  ведь ты могла бушевать, как фурия. Но ты - Фуонг, ты не фурия.
   - Мне надо было подумать, - сказала она, и я вспомнил, что, проснувшись
  ночью, я по ее дыханию понял, что она не спит. Я протянул к ней руку и
  спросил: "Le cauchemar?" [Кошмар? (фр.)] Когда она появилась на улице
  Катина, ее мучили дурные сны, но прошлой ночью в ответ на мой вопрос она
  лишь покачала головой; Фуонг лежала ко мне спиной, и я придвинул к ней
  ногу, - первый шаг к сближению. Даже тогда я ничего не заметил.
   - Объясните, пожалуйста, Томас, почему...
   - По-моему, все ясно. Я хотел ее удержать.
   - Чего бы это ей ни стоило?
   - Конечно.
   - Это не любовь.
   - Может, не такая, как ваша, Пайл.
   - Я хочу ее уберечь от всякого зла.
   - А я нет. Ей не требуется ангел-хранитель. Я хочу, чтобы она была со
  мной. И днем и ночью.
   - Против ее воли?
   - Она не останется здесь против воли, Пайл.
   - Она не может вас любить после того, что произошло. - Его понятия были
  очень незамысловаты. Я обернулся, чтобы поглядеть на Фуонг. Она вошла в
  спальню и одернула покрывало, на котором я лежал; потом сняла