иков, что я снова в поле, где некогда
  прятался на пути из Тайниня. "Мсье Муой!" Мне почудилось, что чья-то
  голова шевельнулась в зарослях риса.
   Я пошел домой, и старухи на площадке защебетали, как птицы в
  кустарнике, но я не понимал их птичьего гомона. Фуонг не было дома, -
  лежала записка, что она у сестры. Я растянулся на кровати - нога у меня
  еще быстро уставала - и сразу заснул. Когда я проснулся, светящиеся
  стрелки будильника показывали двадцать пять минут второго, и, повернув
  голову, я думал, что найду возле себя Фуонг. Но подушка была не смята.
  Фуонг, наверно, сменила сегодня и простыни: в них еще сохранилась прохлада
  свежевыстиранного белья. Я встал и выдвинул ящик, где она прятала свои
  шарфы, - их не было. Я подошел к книжной полке - иллюстрированной
  биографии английской королевы не было тоже. Она унесла с собой все свое
  приданое.
   Сразу после удара почти не чувствуешь боли; боль пришла часа в три
  утра, когда я стал обдумывать жизнь, которую мне все же суждено было
  прожить, перебирая в памяти прошлое, чтобы хоть как-нибудь от него
  избавиться. Хуже всего обстояло дело с приятными воспоминаниями, и я
  старался припомнить только неприятное. У меня уже был навык. Я через это
  прошел. Я знал, что смогу сделать то, что положено, но теперь я был много
  старше: у меня оставалось слишком мало сил, чтобы строить жизнь заново.
  
  
   Я