На этот раз, к
  удивлению, компания была не очень шумная.
   Я заказал стаканчик пастиса, - мне хотелось дать Пайлу время прийти:
  планы порой рушатся, и пока я не начал ужинать, можно было еще надеяться.
  А потом я подумал: на что мне надеяться? На удачу в делах ОСС - или как
  там зовется их банда? На успех бомб из пластмассы и процветание генерала
  Тхе? Или же такой, как я, должен надеяться на чудо - на то, что мистер Хен
  решит спор каким-нибудь более замысловатым способом, чем смерть? Все было
  бы куда проще, если бы нас обоих убили на тайниньской дороге. Я просидел
  двадцать минут над своим пастисом, а потом заказал ужин. Время
  приближалось к половине десятого; теперь он уже не придет.
   Помимо своей воли, я все время прислушивался. Чего я ждал? Крика?
  Выстрела? Беготни полицейских за оградой? Я все равно ничего не услышу,
  потому что компания Гренджера была уже под градусом. Хозяин гостиницы, у
  которого был приятный, хотя и непоставленный голос, запел, а когда
  хлопнула еще одна пробка от шампанского, другие стали ему вторить. Молчал
  только Гренджер. Он сидел, тараща на меня воспаленные глаза. Уж не думает
  ли он затеять со мной драку, - для Гренджера я был слишком слабый
  противник.
   Гости его пели чувствительную песню, и, ковыряя без всякого аппетита
  своего каплуна по-герцогски, я впервые с тех пор, как узнал, что она в
  безопасности, думал о Фуонг. Я вспомнил