рть отступила - быть
  может, до следующего канала. Я слышал, как кто-то позади меня очень
  серьезно сказал: "Gott sei dank" [Слава богу! (нем.)]. - Кроме лейтенанта,
  почти все это были немцы.
   Неподалеку виднелись деревенские строения; лейтенант пошел вперед,
  прижимаясь к стене, а мы следовали за ним гуськом с интервалами в три
  метра. Потом люди, все так же не ожидая приказа, рассыпались по усадьбе.
  Жизнь покинула ее - даже курицы и той не осталось; но на стене того, что
  прежде было жилой комнатой, висели две уродливые олеографии Христа и
  богородицы с младенцем, придававшие лачуге европейский вид. Эти люди во
  что-то верили; ты это понимал, даже не разделяя их веры, они были живыми
  существами, а не серыми обескровленными трупами.
   Война так часто состоит в том, что ты сидишь и, ничего не делая,
  чего-то ждешь. Не зная точно, сколько у тебя еще есть времени, не хочется
  ни о чем думать.
   Делая привычное дело, дозорные заняли свои посты. Все, что шевельнется
  теперь впереди, будет враг. Лейтенант сделал отметку на карте и доложил по
  радио нашу позицию. Наступила полуденная тишина; даже минометы замолкли, и
  в небе не слышалось моторов. Один из солдат забавлялся, ковыряя прутиком в
  жидкой грязи. Немного погодя стало казаться, что война нас позабыла.
  Надеюсь, Фуонг отправила мои костюмы в чистку. Холодный ветер ворошил
  солому во дворе, и один из солдат из скромности зашел