рпеливо и уклончиво.
   - Полковник говорит, что наши потери невелики. Точная цифра еще не
  известна.
   Это всегда было сигналом к атаке. Рано или поздно полковнику придется
  найти формулировку, которая позволит ему справиться с непокорными
  учениками, не то директор школы назначит более умелого преподавателя,
  который наведет порядок в классе.
   - Неужели полковник всерьез хочет уверить нас, - заявил Гренджер, - что
  у него было время подсчитать убитых солдат противника и не было времени
  подсчитать своих собственных?
   Полковник терпеливо плел паутину лжи, отлично зная, что ее сметет
  следующий же вопрос. Французские корреспонденты хранили угрюмое молчание.
  Если бы американцы вырвали у полковника признание, те не замедлили бы его
  подхватить, но они не хотели участвовать в облаве на своего
  соотечественника.
   - Полковник говорит, что противник отброшен. Можно сосчитать убитых за
  линией фронта, но пока сражение продолжается, вы не должны ожидать
  сведений от наступающих французских частей.
   - Дело вовсе не в том, что ожидаем мы, - сказал Гренджер, - дело в том,
  что знает штаб и чего он не знает. Неужели вы всерьез утверждаете, что
  каждый взвод не сообщает по радио о своих потерях?
   Терпение полковника истощилось. "Если бы только, - подумал я, - он не
  дал себя запутать с самого начала и твердо заявил, что он знает цифры, но
  не хочет их назвать. В конце концов,