вас наедине?
   - Я хочу, чтобы вы слышали все, что я намерен сказать. Так будет куда
  честнее.
   - Валяйте.
   Он объявил торжественно - таким тоном, словно давно все это выучил
  наизусть, - что питает к Фуонг глубочайшую любовь и уважение. Он
  почувствовал их с той самой ночи, когда с ней танцевал. Мне он почему-то
  напомнил дворецкого, который водит туристов по особняку родовитой семьи.
  Сердце Пайла было парадными покоями, а в жилые комнаты он давал заглянуть
  лишь через щелочку, украдкой. Я переводил его речь с предельной
  добросовестностью, - в переводе она звучала еще хуже, - в Фуонг сидела
  молча, сложив на коленях руки, словно смотрела кинофильм.
   - Поняла она? - спросил Пайл.
   - По-видимому, да. Не хотите ли, чтобы я от себя добавил немножко пыла?
   - Нет, что вы! - сказал он. - Переводите точно. Я не хочу, чтобы вы
  влияли на ее чувства.
   - Понятно.
   - Передайте, что я хочу на ней жениться.
   Я передал.
   - Что она ответила?
   - Она спрашивает, говорите ли вы серьезно. Я заверил ее, что вы
  относитесь к породе серьезных людей.
   - Вам не странно, что я прошу вас переводить?
   - Да, пожалуй, это не очень-то принято.
   - А с другой стороны, так естественно! Ведь вы - мой лучший друг.
   - Спасибо.
   - Вы первый, к кому я приду, если со мной стрясется беда.
   - А влюбиться в мою девушку - для вас тоже беда?
   - Несомненно. Я бы предпочел, Томас,