оббза, - сказал Неллиган.
   - Одна, из немногих радостей в этой жизни, Неллиган, заключается как
  раз в том, что я - это не ты.
   - Как хотите, - ответил Неллиган. Он с усилием поднялся из удобного
  кресла. - Кто-нибудь хочет кофе? Я принесу.
   - Очень мило с вашей стороны, детектив Неллиган. Нет.
   - Арт?
   - Исчезни, Неллиган.
   Неллиган пожал плечами, взял кофейник и отправился в комнату к
  медсестрам. А из двери, ведущей в палату, вышла та, что ухаживала за
  Татамовичем, толкая перед собой санитарную тележку. Оказавшийся на пути
  Данко с интересом рассматривал ее лицо. "Хоть он и русский
  коммунистический мент, - подумал Ридзик, - но он русский
  коммунистический мент мужского пола", - и Арт не мог отказать ему в
  наличии вкуса относительно дамской части населения. Сестра обладала
  всем, чем положено обладать сестре: высокая, белокурая, с идеальными
  зубами и чувственными губами фотомодели. Данко отошел в сторону, а она
  проследовала дальше в коридор, одарив его, Ридзика и полисмена в форме
  чудесным зрелищем своей оборотной стороны.
   Ридзик пригладил волосы рукой.
   - Издеваетесь? - он не мог оторвать глаз от удаляющейся попки. -
  Всегда считал, что мне нужно было пойти в доктора, - и проводив
  медсестру страстным взглядом, он последовал за Данко в палату.
   Татамович выглядел ужасно. Губы его были болезненного