этой штуке? Цемент? Она вытащила иголку:
   - Не так уж и больно, верно?
   - Страшно больно, - пробормотал Ридзик. Когда он застегивал штаны, в
  дверях появились Доннелли и Стоббз. Они прислонились к дверному косяку,
  рассматривая Ридзика, словно подозреваемого в совершении тяжкого
  преступления.
   - Ну? - сказал Доннелли. - Как успехи, сержант?
   - Дьявольский вечерок, сэр, - ответил Ридзик, осторожно усаживаясь на
  стул. - Бритоголовые тыкали пушкой мне в ухо. Татамович канул в лету,
  Данко шлепнул травестишку, а еще я налетел на стеклянный столик и
  заработал за это укол от столбняка в свою розовую попку.
   - Всегда обожал ваши яркие отчеты, - соврал Доннелли.
   - Очень рад слышать, - ответил Ридзик на ложь взаимностью.
   - Этот травести, - сообщил Стоббз, - убил Татамовича, введя ему в
  вену воздух. Как видно, не хотел, чтобы мы допросили того...
   Тем временем в комнате появился и Данко.
   - Он не хотел, чтобы допросил его я.
   - Значит, этот тип - из группы Виктора? - спросил Доннелли.
   - Да. Он убил Татамовича, потому что знал, что я заставлю его
  заговорить. И потому лучше было его убить. Доннелли кивнул:
   - В этом есть смысл. И все же жестокий он, подонок. В разговор
  вмешался большой профессионал, Стоббз:
   - А вы отыскали ту женщину, которая, как видно, стала женой Виктора?
  Мы весь вечер пытались ее выследить.
   Ридзик бросил взгляд