анко нехотя протянул пистолет. Доннелли
  передал его Стоббзу.
   - Теперь относительно вас, Ридзик.
   - Да, сэр?
   - Я просил вас присматривать за нашим другом. Я говорил, что не хочу,
  чтобы он маршировал по улицам, словно отряд Красной Армии - или я этого
  не говорил?
   - Великие слова, сэр.
   Когда Доннелли приходил в ярость, речь его становилась тише, но
  каждому было ясно, что он зол, по-настоящему зол.
   - Оставьте это дерьмо, Ридзик. Я сказал, что дам вам возможность
  участвовать в этом деле - и я дал. Но стоит оставить вас без контроля,
  как у нас сразу же вся жопа полна русских трупов.
   - Сэр, кажется, не стоит обвинять меня в смерти Тата...
   - Заткнитесь. В чем хочу, в том и буду обвинять. Ясно?
   - Сэр! - воскликнул Ридзик тоном, присущим скорее новобранцу.
   - Отлично. И я хочу, наконец, чтобы вы представили мне отчет. Я хочу,
  чтобы вы на бумаге представили мне всю эту ахинею - и хочу, чтобы вы
  сделали это к десяти часам утра. Мне нужно знать о любом малейшем
  движении, которое вы с Данко проделали.
   Ридзик сомневался, что сможет сделать это без ущерба для поисков
  Виктора Росты. Если Доннелли узнает обо всем, чем занимались они с
  Данко, Ридзик получит по заднице. Но, судя по лицу шефа, тот явно не был
  в настроении предаваться дискуссиям на сей счет.
   - Без проблем, - сказал Ридзик наконец, - Прямо сейчас берусь за
  дело, сэр.