на автовокзале. Но ему никогда и в голову не
  приходило, что его могут лишить свободы. Каким же дураком он оказался!
  Через считанные минуты Виктор заплатит денежки, заберет наркотики - и
  смоется.
   - Виктора не будет на бейсболе.
   Ридзик хотел было рассмеяться, но почувствовал в голосе Данко нечто
  такое, что дало ему понять, что русский не шутит.
   - А как же запись?
   - Ложь.
   - Ложь?
   - Да, ложь.
   Ридзик покачал головой, припоминая голос Кэт:
   - И за то, что она лгала, ее убили? Или вы хотите сказать, что Виктор
  скормил ей липовую информацию, а потом убил ее?
   - Да.
   - Просто так?
   - Это же Виктор.
   - Но он же хотел, чтобы она рассказала это нам?
   - Виктор, - сказал Данко таким тоном, словно это объясняло все.
  Впрочем, в какой-то смысле так оно и было.
   - А откуда вы узнали, что именно это и случилось? Данко не ответил на
  вопрос.
   - Вытащите меня отсюда. Ридзик покачал головой:
   - Вам всегда хотелось бы рассчитывать на меня, ерно, Данко? На сей
  раз вы ошиблись. Все указывает на стадион.
   Глаза Данко сверкнули:
   - Вытащите меня отсюда!
   - Эй, не надо так расстраиваться - меня тоже заперли.
   Данко ударил по толстой пластмассовой перегородке:
   - Это несправедливо.
   Голос Ридзика звучал флегматично, словно арест Виктора не относился к
  числу тех вещей, которые продолжали его волновать:
   - Знаю, что несправедливо, но