ился вперед, пока чуть не
  уперся носом в лицо Росты. -
  Где-тот-шкафчик-который-открывается-этим-ключом, товарищ? - спросил он
  медленно, словно обращаясь к ребенку.
   Виктор посмотрел ему прямо в глаза, но не ответил ничего.
   Ридзик понимал, что подобное обращение может вывести человека из
  себя.
   - Слушай, советское дерьмо, я тебе задал вопрос. Виктор усмехнулся и
  ответил что-то по-русски.
   - Что он сказал? - спросил Ридзик.
   Данко аккуратно перевел все это на русский:
   - Он сказал, что.., твою мать в задницу.
   - Угу, - сказал Ридзик, - я потрясен, капитан. Как видно, вас в Киеве
  научили многим гадким выражениям, - Ридзик кивнул. - Очень хорошо. -
  Затем, быстрее, чем кто-либо мог ожидать, Ридзик перепрыгнул через стол
  и, ехав руками глотку Росты, трахнул того головой о стенку. - Слушай,
  ты, сука, - прорычал он сквозь сжатые зубы.
   - Господи, Арт! - воскликнул Галлахер. Потребовались совместные
  усилия Данко и Галлахера, чтобы оттащить Ридзика от Росты. Галлахер
  страстно желал, чтобы Ридзик наконец-то перестал наполнять свою жизнь
  кучей невероятных проблем. Сперва один русский пытается прикончить
  другого. Теперь тем же занимается Ридзик. С какой радостью он наконец-то
  будет наблюдать за тем, как покинет Америку отлетающий самолет.
   - Арт, хватит, ради Бога!
   - Не нужно так выражаться о моей