нко почувствовал, что его снова наполняет
  гнев. Но был ли смысл бить Абдула? Несомненно, остальные Бритоголовые
  бросятся на помощь, а он вовсе не был уверен, что сможет справиться с
  ними всеми. Ридзик, наверно, поможет. Данко припомнил, что для защиты
  при нем есть пистолет, но был уверен, что если пристрелит американского
  заключенного, даже в целях самообороны, то это лишь замедлит поиски
  Виктора.
   - Я скажу вам, что сделаю, мой белый мальчик. Я попробую свести вас с
  Виктором.
   - Когда?
   - Погодите. Я это устрою. Сведу вас с ним - и посмотрим, что у нас
  получится. Потому что мне нужен Виктор, а Виктору - ему нужен ключ. А
  вы, - он снова улыбнулся, - вы, товарищ, лишь еще один сукин сын, с
  которым нам приходится иметь дело.
   - Как? Как вы это организуете из тюрьмы?
   - Я из этой каталажки могу организовывать что угодно, господин
  Москва, - Абдул Элиджа двинулся прочь. - Успокойтесь.
   Данко смотрел ему вслед.
  
  ***
  
   Он молчал почти всю дорогу обратно до Чикаго, размышляя, что можно
  рассказать Ридзику. И решил не рассказывать ничего. Если Абдул Элиджа
  устроит ему встречу с Виктором, Данко предпочитал прийти на нее один.
  Ридзик ему не нужен.
   Ридзик тоже решил нацепить на лицо каменную маску - чем он хуже
  Данко. Он пытался не задавать вопросов, но по мере того, как автомобиль
  пожирал милю за милей, он все более чувствовал,