он увидел ясно после казалось бы пустякового
  по масштабам страны случая.
   В их отделе списывали пишушие машинки "Ятрань" - здоровенные
  цельнометаллические "гробы" с электродвигателем. С их помощью киношники
  легко бы озвучили пулеметную стрельбу.
   А Ефим всю жизнь писал стихи. И перепечатывать их было сложно: машинистки
  брали по 20 копеек за страницу. Ефим отлично печатал сам, но машинка стоила
  250 рублей, что равнялось двум его месячным зарплатам.
   И вот к ним в отдел пришли списывать "Ятрань". Береславский тайно лелеял
  мечту выкупить или попросту спереть списанную технику. Стихи, полные
  любовных мук и неутоленных страстей, так и сочились из него, а рукописные
  варианты редакции даже не рассматривали.
   Наконец акт был составлен и подписан. Обычно после этого аппаратуру
  отдавали на разграбление масс или везли на свалку. Ефим с вожделением
  профессионального мародера смотрел на железную бандуру. Но не тут-то было!
   Из-за спины бухгалтерши, ведавшей списанием основных средств, вышел
  представитель 1-го отдела (выполнявшего борьбу со шпионами, а за неимением
  последних сильно мешавшего работать остальным) и облеченный особым доверием
  слесарь.
   Береславский с ужасом понял, почему списываемую машинку осматривали на
  железном стапеле. Слесарь взмахнул огромной металлической кувалдой, и...
  мечта Ефима превратилась в бесформенный кусок металла.
   - Энтропия в природе имеет