ел к нам?
   Береславский достал из кармана портрет Беланова.
   - Вот его начальник. Он отдал приказ убить тебя и детей.
   - Где он сейчас? - проняло наконец Лену.
   - Надеюсь, что в аду, - Ефим уже побеседовал с Кунгуренко, и тот
  рассказал о предполагаемом ранении бандита, скорее всего тяжелом. - Но
  гарантий нет. Так что глядите в оба.
   Атаман молча взял портрет, внимательно изучил его. Меж губ легла жесткая
  складка. Недооценивать этого инвалида могли только те, кто совсем не
  разбирается в людях. Ефим еще раз поблагодарил судьбу за случайную встречу
  со своим бывшим воспитанником.
   - А сегодня утром пытались убить меня. Вот из этой штуки. - Он эффектно
  вытащил из-под свитера "Глок".
   Ленкины глаза расширились от испуга. Атаман восторженно смотрел то на
  оружие, то на Береславского. Впервые в жизни он почувствовал себя не просто
  в своей стихии, а именно на своем месте. Такое ощущение Владимир Федорович
  пережил только однажды, и оно тоже было связано с Ефимом. Когда он, имея
  полную возможность сбежать, уложил бандита, ранившего вожатого. А потом
  спасал Ефиму жизнь, не жалея ног и легких.
   - И... как тебе удалось его отнять? - спросила Лена.
   - Прежний хозяин скончался, - скромно ответил Береславский. - А перед
  смертью завещал его мне. - Ему было чертовски приятно похвастаться и перед
  бывшим воспитанником, и перед женщиной своей крутостью. Он пока не знал, что
  расколотая голова