ать
  Даше, что волны не такие уж страшные, какими кажутся, и их вполне можно
  кусать. После этого они обрели примерно час покоя.
   Все оставшееся до отъезда время у них ушло на спасение Даши, которая,
  кусая волны, сожрала столько морской воды, что та начала вытекать из всех ее
  мыслимых и немыслимых отверстий.
   Местные Айболиты сделали Даше несколько уколов и промыли желудок. Охая и
  стеная, Даша всю обратную дорогу пролежала на заднем сиденье, время от
  времени отрыгивая на дорогущую кожу салона остатки содержимого своего
  желудка. Ефим надолго запомнил ту поездку. И когда слышал по телевизору
  рекламу со словами "А запах!", его посещали совсем не те ассоциации, на
  которые рассчитывали создатели клипа.
   - Тридцать часов чистого полетного времени, - подвел итоги Фернандес,
  высаживая Береславского на том же месте, где подобрал.
   "Действительно, полетного", - подумал Береславский. И дал себе слово
  никогда больше не связываться с людьми, чей романтизм превышает его
  собственный.
   ...Но, странное дело, прошла всего неделя, и поездка предстала в памяти
  Ефима в совсем другом свете. История с Дашей стала казаться ужасно смешной,
  а тот удивительный восход он даже однажды фотографировал во сне. И во сне же
  очень расстроился, обнаружив, что забыл зарядить в фотоаппарат пленку...
  
   При ближайшем рассмотрении (под лупой) кроме стрелки на последнем листе
  карты они обнаружили еще и маленький