я и
  не совсем бесплатных, услугах.
   И наконец, Ефим позвонил Ольховскому. Этот друг-конкурент давно зарился
  на "Хейдельберг" Ефима, печатную машину, на которую они с Толстым копили
  деньги три года.
   - Тебе еще нужен аппарат?
   - А чего ты вдруг надумал? Он же у тебя был загружен.
   - Нужен или не нужен?
   - Конечно, нужен.
   - Сорок тысяч на бочку. Налом.
   - Все сразу?
   - Именно. Надо Сашку вызволять.
   - А что с ним? - удивился Ольховский. Он был в отпуске и газет не читал.
  А телевизора в его доме вообще не было, так как ТВ мешало воспитывать
  позднего ребенка Ольховского.
   Ефим объяснил.
   - В таком случае я тебе могу занять. Отдашь потом. А если не сможешь
  отдать, тогда уж заберу машину.
   - Спасибо, - растрогался Береславский. - Сколько дашь?
   - Десять тысяч.
   - Ольховский, ну почему ты не Березовский? - упрекнул его Ефим. С другой
  стороны, и десять тысяч - деньги.
   Ефим не успел поговорить с бумажниками и телевизионщиками. Денег ему вряд
  ли удастся еще найти. Но многочисленные друзья могут помочь каждый своим
  ресурсом. С миру по нитке - Толстому должность. Это буржуи пузатые пусть
  "раскручиваются" за миллионы. А профессиональные рекламисты должны брать
  другим.
  
   Пока ждал Ивлиева, успел написать довольно подробный план действий для
  Марины Ивановны. К его приезду должны быть готовы тексты (на основе им же
  написанных) и оригинал-макеты рекламных листовок, плакатов