я слишком медленно. И мысли
  потянулись монотонные, как километры.
   За Береславским внимательно наблюдал Ивлиев. Сочтя, что ему нужно
  вмешаться, старик задушевно задал вопрос:
   - Ефим, а вот ответь мне, пожалуйста, если сможешь.
   - Спрашивай - отвечу, - проворчал Береславский, довольный тем, что старый
  наконец проснулся.
   - Что ты думаешь о всемирном еврейском заговоре?
   - Твоя девичья фамилия - не Макашов, случайно? - лениво поинтересовался
  Ефим.
   - Нет. Ну, серьезно. Почему в России большинство олигархов - евреи?
   - Откуда я знаю? - ответил Ефим. Подумав, добавил: - Видно, когда нацию
  прессуют, она становится крепче.
   - Это как?
   - Ну ты ж историю учил? Николай запретил высовывать нос евреям из
  местечек и жить в городах. Исключения: купцам первой гильдии и
  дипломированным специалистам. А в вуз принимали еврея только с золотой
  медалью. Вот и представь: живет пацан в нищете и безысходности, да еще в
  постоянной опасности погрома. Единственный выход - золотая медаль. Будет он
  хорошо учиться или нет?
   - Будет. Но только многие, выучившись, шли митинговать.
   - Революция - это второй выход. Тебя давят - ты сопротивляешься! Вон
  Сашку придавили - как он взбунтовался? Постоянное давление вызывает
  постоянное противодействие. Знаешь, что меня удивило в Израиле?
   - Что?
   - Глупые евреи, самодовольные евреи, ленивые евреи, евреи-пьяницы,
  евреи-хулиганы