стеклом, соответственно, так же. Вместо солнца на небе была какая-то серая
  хрень - любимое выражение Марины Ивановны.
   Внезапно остро захотелось к себе в кабинет. Подальше от приключений. Чтоб
  с включенным обогревателем. И чтоб Марина Ивановна принесла чай. С пирожным.
   Ефиму стало себя жалко. Но просто сидеть в машине было холодно. И, не дай
  бог, джип окажется шустрее, чем хотелось бы. Правда, в городе, пусть и
  небольшом, сразу его все равно не найти.
   Он осмотрелся. Слева тянулись длинные ряды гаражей. Все автолюбители
  сидели по домам. Лишь один мужик, сильно в возрасте, холил своего древнего
  "Запорожца" - 968-й, с "ушами", "инвалидная" модель. Точно такой, - только
  семилетний, а не двадцатипятилетний, - был куплен Ефимом в одна тысяча
  девятьсот семьдесят девятом году, на деньги, подаренные родственниками к его
  первой свадьбе. За семьсот рублей.
   Ефим подъехал к гаражу престарелого автолюбителя.
   - Здравствуйте, - поздоровался он.
   - Здравствуй, коли не шутишь, - степенно ответил дед. На его груди
  звенели медали. Наверное, за русско-японскую войну.
   - Хорошая у вас машина, - подольстился Ефим. - Я на такой пять лет
  отъездил.
   - А я без малого тридцать.
   - И все на ходу?
   - Хочешь попробовать? - предложил военный автолюбитель.
   - Хочу купить, - неожиданно для самого себя заявил Ефим.
   - У богатых свои причуды, - улыбнулся старик. - Двести долларов - и она
  твоя. Прицепишь