.
   И поехал в расположенную сразу за кольцевой автодорогой (так дешевле
  аренда и меньше зарплаты) новую типографию, к Геннадию Озерному.
  
   - Здорово, Озорной!
   - Озерный, - поправил Геннадий. Он не любил, когда Ефим называл его
  Озорным, Речным, Морским или Источниковым.
   - Ладно, хвастайся своей обновкой.
   Строго говоря, Геннадий здесь хозяином не был. Хозяева были где-то "за
  бугром". Но он с гордостью повел Ефима в машинный зал.
   Да, уж! Это не беоровская типография! В первой части на специальных
  платформах стояли высокоскоростные фотовыводные устройства. Их задачей было,
  получив файл с плакатом заказчика, разложить его на четыре основных цвета и
  вывести, соответственно, четыре фотоформы. С безумным разрешением и, что
  немаловажно, с высокой повторяемостью. Формы выходили последовательно, одна
  за другой, и даже на восьмой фотоформе каждая точка, засвеченная лазерным
  лучом, отклонялась от такой же на первой форме не более чем на пять микрон!
   Далее стояли копировальная рама и проявочный процессор.
   Полученная ранее фотоформа накладывалась на алюминиевую пластину (будущую
  печатную форму) с нанесенным на ее поверхность чувствительным слоем и
  засвечивалась мощной ультрафиолетовой лампой. В проявочном процессоре эта
  пластина проявлялась и промывалась, после чего готовую печатную форму
  натягивали на формный цилиндр офсетной машины.
   Офсетная же машина, пятикрасочная, первого