мата (восемь обычных
  "писчих" листов сразу), шлепала за один прогон полноцветный плакат, да еще и
  лаком покрывала!
   - Какая у нее реальная скорость? - не скрывая зависти, поинтересовался
  Ефим.
   - Как в паспорте: 18 000 оттисков в час!
   - Блестяще! - восхитился Береславский. - Значит, если на одной форме
  можно положить четыре формата А3, то ты напечатаешь мне два миллиона
  оттисков меньше чем за сутки! А если я ограничусь миллионом, то вообще
  полторы смены.
   - Чего это я должен печатать тебе миллион?
   - Я тебе печатника на неделю обещал?
   Это было полной правдой. Печатник Озерного запил, а второй оказался
  неопытным и уже наделал браку на тысячи долларов. Огромная машина при
  наличии "живых" заказов простаивала, и Озерный Христом-Богом умолил Ефима и
  Филиппыча откомандировать к нему хотя бы на неделю их опытного Сергея. Пока
  не найдутся кадры.
   Они всегда выручали друг друга.
   - Так что, друг мой, долг платежом красен. Или ты печатаешь мне два
  миллиона...
   - Миллион, - согласился Озерный.
   - Вот и славненько. Я пришлю Филиппыча с готовыми формами.
   - Ты террорист, Береславский, - на прощание обиженно заявил Озерный.
   - А кому сейчас легко? - вздохнул Ефим.
  
   Похоже, этот бесконечный день заканчивался. Но прежде чем ехать к
  Наталье, Ефим решил навестить Лену и Атамана. Похоже, из-за своего
  путешествия в Феодосию он начал сильно отставать от жизни.