о наследников, воспитанных мамами, к сожалению, более
  интересуют квартиры в Хайфе и Чикаго, чем в столице его Родины.
  
   Береславский позвонил в квартиру по домофону. Ответил Атаман.
   На этот раз Ефим был так вымотан, что даже есть не стал. Лена рассказала
  последние новости. Атаман помалкивал.
   Ефим рассказал про свои с Ивлиевым подвиги. Лена тряслась от ужаса, а
  Атаман слушал с большим одобрением.
   Потом он сделал знак Ефиму, что хочет пообщаться наедине.
   - Говори при ней, - отмахнулся Береславский. Он не был готов из-за
  излишней секретности покинуть удобное, продавленное Сашкиным задом, кресло.
   - Я "завалил" Психа, - спокойно объявил Атаман.
   Лена вздрогнула. Она уже достаточно знала своего жильца, чтобы счесть его
  заявление черным юмором.
   - Какого психа? - не понял Береславский.
   - Натурального. Три года с ним "чалился" на Урале.
   - За что?
   - Он хотел убить ее. - Атаман протезом показал на Лену. - Получил
  отвертку под ребра.
   Лена вся сжалась.
   - Откуда ты знаешь?
   Он рассказал все подробно и отдал фотографии Лены и детей, которые
  вытащил из бумажника убитого. Сомнения отпали. Эти же фото Ефим видел у
  Кунгуренко.
   - Я уже хозяину звонил, - продолжил доклад Атаман.
   - Какому?
   - Который его послал.
   - С чего ты решил? Тебе Псих сказал?
   - Нет, он его не сдал. В записной книжке нашел телефон.
   - А откуда ты знаешь, что это его хозяин?
   - Псих очень