зом: одну
  запрятал в старую покрышку в своем гараже. Две других переслал курьерской
  почтой своим друзьям-однокашникам за пределы страны. Дискеты были
  зашифрованы, как оказалось, нехитрым для специалиста кодом: случайный взгляд
  ничего не поймет, а кому надо - разгадает.
   Новым владельцам дискет Береславский позвонил из международного
  телефона-автомата и объяснил, куда их надо переслать, если он, Ефим, не
  позвонит от 25-го до 30-го октября. Одним адресатом было названо ведомство
  Ивлиева, другим - широко известное западное информационное агентство. И там,
  и там легко справятся с кодом.
   Четвертую дискету, без кода, положил во внутренний карман пиджака. Она
  теперь - типа пропуска. Или талона. Может быть, даже на жизнь.
  
   - И что же у вас есть, Ефим Аркадьевич?
   - Вот эта дискета и несколько ее копий. - Береславский протянул дискету
  Дурашеву. - Здесь кода нет, можете посмотреть сразу.
   Виктор Петрович взял дискету, включил стоявший на приставном столике
  компьютер. Взглянув на экран, понял: сбылись его худшие опасения.
   - Где копии? - ничем не выдав волнения, спросил Дурашев.
   - Глупый вопрос, - осмелел Ефим. - Это мой единственный шанс от вас
  отвязаться.
   - Вы не переоцениваете своих сил, молодой человек?
   "Давненько меня не называли молодым человеком", - подумал Береславский. А
  вслух сказал:
   - Простите, не понял вопроса.
   - Все вы поняли, - не сдержал злости Дурашев.