вич" резко остановился сразу за крутым поворотом. Беланов выскочил
  из машины с пистолетом наизготовку. Он рассчитывал, что фраер, увидев
  остановившийся автомобиль преследуемого, выйдет из машины и подставится под
  выстрел.
   Все получилось иначе. Когда "Москвич" исчез за поворотом, Береславский
  поддал газу. Четыреста шесть лошадиных сил рывком бросили тяжелую машину
  вперед. Ефим врубил дальний свет и, взвизгнув на вираже тормозами, увидел у
  левой двери "Москвича". Он снова дал по газам. "Ауди" хищным зверем прыгнула
  на Беланова, чудом его не зацепила и остановилась в пятнадцати метрах
  впереди.
   Тот, ослепленный мощными "галогенками", едва успел отскочить, не сделав
  ни единого выстрела. Не удержавшись на ногах, упал, больно подвернул ногу.
   Ему снова стало страшно. Внезапно он понял, что может и не уйти отсюда
  живым.
   Беланов взял себя в руки и, перебравшись через кювет, рванул в лес. Ефим
  выскочил из машины и неуклюже побежал за ним.
   Беланов, развернувшись, на ходу дважды выстрелил. Левой рукой, на бегу,
  он и не рассчитывал убить противника. Хотел его только придержать. Чтобы,
  отбежав вперед, устроить квалифицированную засаду и пристрелить наверняка.
  Больше - никаких игрушек, он это уже отчетливо понимал.
   Но Береславский, услышав выстрелы, отнюдь не впал в ступор, как час
  назад. Более того, он на бегу открыл огонь из своего "Глока". Почти не
  целясь, шпарил сдвоенными, как учил