больше не увидит.
   - Где ты, гад? - закричал он.
   - Я здесь, - не подходя к краю, ответил Ефим.
   - Подойди сюда.
   - Нет. Не подойду. Я тебя по-другому убью.
   - Как? - вдруг спросил Беланов.
   - Схожу в машину за канистрой, - объяснил Береславский, не входя в сектор
  обстрела. Он уже понял, что Беланов не в состоянии двигаться. - Оболью тебя
  сверху бензином и брошу зажигалку.
   Беланов внизу завыл. Сквозь вопли наконец пробилось:
   - Помоги мне! У меня сломан позвоночник! Я инвалид!
   - Атаман тоже был инвалидом, - спокойно ответил Ефим. Он и в самом деле
  ничего не ощущал.
   - Ты же человек! - простонал Беланов. - Ты не можешь меня сжечь! Я никого
  не жег!
   - Человек? - повторил за Белановым Береславский. Подумал немного и сам
  себе ответил: - Уже и не знаю. Я пошел за канистрой.
   И пошел. Успел сделать несколько шагов, как из канавы донесся одиночный
  выстрел. Ефим остановился. Прислушался. Осторожно приблизился к краю канавы.
  Выждал несколько минут. Обостренные чувства подсказывали, что живых рядом с
  ним нет.
   Он заглянул в канаву. Было почти темно, но слабого света выползшей из-за
  тучи луны оказалось достаточно, чтобы понять: с Белановым покончено. Больше
  такого нет.
   Ефим вздохнул и, сориентировавшись, нетвердой походкой направился в
  обратную сторону, к шоссе. У вывороченной сосны остановился и засунул пустой
  пистолет глубоко под корни. Встал, отряхнул руки. Внезапно ему стало
  страшно: