вы
  лысеют. А реакции те же.
   Но старик оттолкнул врача:
   - Мы поговорим сами.
   В маленькую кухню втиснулась Наташка.
   - Эй, солдат! - дергал Ивлиев Ефима за плечо. - Хорош рыдать. "Грохнул"
  мужика - поплачь. Но недолго. Тебя там никто не видел? И где "пушка"?
   У Ефима вдруг закатились глаза, и он сполз вниз по спинке стула.
   - Василий Федорович! - возмущенно крикнула Лена.
   - Что, красавица? - вежливо поинтересовался Ивлиев. Увидев, что у Ефима
  ничего не отстрелено, он пришел в наилучшее настроение.
   - Валите отсюда! И не мешайте! - Лена энергично показала деду путь
  эвакуации. - Ждите в комнате.
   - Есть, - отреагировал Ивлиев, едва не отдав честь. Решительные женщины
  на него воздействовали убедительно.
  
   Нашатырь и успокаивающие быстро привели Береславского в чувство. Когда
  ему стало легче, в кухню вновь пробился дед. Услышав изложение событий, он
  выпил пару стопок из Наташкиных запасов и, вполне удовлетворенный жизнью,
  лег отдохнуть на их, с недавних пор - семейном, диване.
   Ефима посадили в глубокое кресло, и он там сидел, уставясь мутным
  взглядом в ему одному видимые пространства.
   - Это пройдет? - шепотом спросила Наташа у Лены.
   - Такой он тебе меньше нравится? - усмехнулась Орлова, почти дословно
  повторив недавний Ефимов вопрос. Ее кольнуло что-то, подозрительно похожее
  на ревность.
   - Мне он всякий нравится, - спокойно ответила Наташа, глядя Лене в глаза.
  Женщины